От «Убить Билла» до «Порохового коктейля». Как в кино показывают киллерш?

Лена Николаева

15 июля в кинотеатрах вышел фильм «Пороховой коктейль» (Gunpowder Milkshake) Навота Папушадо — история о Еве (Карен Гиллан), которая спокойно работала киллершей, пока на одном из заданий не попала в передрягу. Теперь на неё охотятся и собственный работодатель, и целая банда опасных преступников. В поп-культуре троп женщины-убийцы обыгрывается уже очень давно — настолько, что в нём даже можно проследить некоторую эволюцию. В ней мы и решили разобраться.

Если попробовать вспомнить самые яркие примеры фильмов про женщин-убийц, в голове появляется список из пунктов — хотя бы один из них должен присутствовать:

  • главная героиня: привлекательная, может бороться с преступниками в платьях и на каблуках;
  • мотивация героини максимально трагичная: в начале фильма лучше показать жестокие сцены (забудьте короткую нарезку с убийством жены и пса Джона Уика — это всё слишком просто), где а) героиня теряет ребёнка; б) героиня переживает насилие; в) у героини убивают родителей или партнёра — всё это можно смешивать, взбалтывать и добавлять ещё больше жестокости по вкусу;
  • героиня должна использовать свою привлекательность для манипуляций, поэтому лучше бы перед кровавым убийством ей побродить в купальнике в паре сцен, чтобы никого не расстроить.

Не все эти составляющие ультимативно плохи. Например, в «Мисс сорок пятый калибр» главная героиня, которая в начале фильма предстаёт скромной и невзрачной, после изнасилования использует одежду для того, чтобы вернуть ощущение контроля над своей собственной жизнью и телом.

Кадр из фильма «Мисс сорок пятый калибр». Источник: Navaron Films

Касательно мотивации стоит сделать отдельную ремарку. Она действительно нужна для драматичных историй — только благодаря ей мы можем понять нюансы вокруг «профессии» героини и не воспринимать её как бесчувственную «машину для убийств». Однако в поп-культуре сформировался стандартный подход к прописыванию мотивации киллерш: до того, как стать кровожадными, им нужно пережить травму — при этом показать её нужно во всех пугающих деталях. А теперь попытаемся вспомнить: нужно ли такое героям Джейсона Стейтема? Разбираться в том, почему так происходит, можно долго, но есть один из вариантов, который кажется вполне логичным.

В кино женщина в течение довольно долгого времени выступала как романтический интерес главного героя (та же femme fatale), потом — как мать. Киллерша — это нетипичный образ. Убийца — это мужчина, ведь именно он способен на проявление агрессии. Женщина — заботливая, переживающая, мягкая. Героини-киллерши — это своеобразное переходное состояние: они берут «мужские черты» (способность к боевым искусствам, хладнокровность), но при этом всё ещё не могут быть «просто убийцами». Им нужна веская причина для мести. Именно поэтому огромное количество фильмов о женщинах-убийцах в конце 90-х — это rape revenge (месть за изнасилование) истории, в которых сам момент изнасилования показан максимально графично. Вопрос о том, насколько нам вообще нужно видеть подобную жестокость на экране, чтобы поверить в историю героини — это тема для отдельного материала, который у нас, кстати, уже выходил.

Женщины и месть: как кино и сериалы рассказывают истории о насилии
Почему нам так важны сюжеты «Тела Дженнифер» и «Джессики Джонс».

По сути, киллерша, которая убивает просто так, да ещё в процессе фильма редко когда ассоциируется со своей сексуальностью и женственностью — это сильный отход от архетипа, к которому мы все уже давно привыкли. Давайте рассмотрим всё это на примерах.

«Материнский инстинкт» и семья в «Убить Билла» и «Чёрной вдове»

В центре сюжета Беатрикс Киддо, «Невеста» — в прошлом бывшая наёмная убийца. Забеременев, она хочет закончить карьеру киллерши и начать спокойную жизнь, но на свадьбе в неё стреляет бывший босс и любовник Билл. Беатрис теряет ребёнка и оказывается в коме на несколько лет, а проснувшись, решает отомстить каждому из тех, кто сломал ей жизнь. Также после пробуждения она узнаёт, что сотрудник клиники насиловал её и предлагал делать то же самое своим «клиентам». В фильме мы видим, что «Невеста» убивает врагов жестоко и хладнокровно: здесь есть обезглавливание и настоящие сцены-мясорубки.

Кадр из фильма «Убить Билла». Источник: Miramax Films

Её образ смешивает в себе «женственное» (желание быть матерью, остепениться и завести семью — и, следовательно, месть за то, что у неё это отобрали) и «мужественное» (жестокость, боевые навыки и даже костюм в стиле Брюса Ли из «Игры смерти»). Вероятно, в предыстории она и могла быть «просто киллершей», но в сюжете фильмов она убивает только ради конкретной цели.

Частично подобную линию можно проследить и в «Чёрной вдове»: Наташу Романофф растили шпионкой и киллершей. Как и других вдов, её стерилизовали: в ранних фильмах Marvel это обсуждалось в паре диалогов, но в сольнике вопросу уделили больше времени. Предыстория Наташи становится ещё более трагичной, когда мы понимаем, насколько сложные у неё отношения с идеей «настоящей семьи», которой у неё и не было. Именно на этом и строится драматичность «Чёрной вдовы»: Романофф — это героиня, которой самой приходится выстраивать хоть какую-то привязанность к этому миру. Смерть Наташи в финале «Мстителей» становится ужасающе трагичной, а её мотивация в сольнике абсолютно понятной и ясной. Здесь идея мести за семью была подана довольно хорошо, что мы подробно обсудили в подкасте «Посмотрено».

Как «Чёрная вдова» говорит о женщинах, стереотипах и супергероике
Актуальность фильма, наличие клюквы и женские персонажи вселенной Marvel.

Образ сексуальной шпионки в «Красном воробье»

Триллер с Дженнифер Лоуренс о приме-балерине Доминике, которую вербуют в школу шпионок, вышел в 2018 году — казалось бы, не так уж и давно. Однако фильм будто бы намеренно идёт по всем канонам того, как делать не стоит. Нам дают понять, что у Доминики было ужасное и травматичное прошлое, но большая часть экранного времени уходит на то, чтобы показывать героиню обнажённой.

Кадр из фильма «Красный воробей». Источник: Chernin Entertainment

Доминика использует свою сексуальность, чтобы убивать жертв, но это никак не помогает нам увидеть смену позиций власти на экране (может быть, совсем немного ближе к завершающим титрам). Фильм вводит идею прошлой травмы, жестоко показывает её, но дальше никак не раскрывает. Выглядит это примерно так: у нас есть киллерша, нам нужно как-то объяснить её жестокость, поэтому давайте в начале фильма её изнасилуют, но дальше мы сконцентрируемся на эротике и сексе, потому что это хорошо продаётся.

Шаги вперёд вместе со «Взрывной блондинкой», «Убивая Еву» и «Пороховым коктейлем»

Главную героиню шпионского фильма с Шарлиз Терон некоторые называли женской версией Джеймса Бонда. Она пьёт водку, может надрать зад, а в процессе соблазнить кого угодно. Ей не нужна травматичная предыстория: она просто работает спецагенткой и делает это хорошо. Боевые сцены во «Взрывной блондинке» выглядят эффектно — на радость фанатам «Джона Уика».

В фильме всё ещё сильно заметен «мужской взгляд» (male gaze) — даже на самые страшные бои героиня Терон одевается максимально эффектно, есть много обнажённых сцен, а лесбийский секс здесь показан в стиле подростковой мальчишеской фантазии. Но зато нет травматичного прошлого, и фильм становится просто развлекательным шпионским триллером — спасибо и на этом. Да, планка довольно низкая.

Огромным шагом в поп-культуре стало появление сериала «Убивая Еву», сценарий к первому сезону которого писала Фиби Уоллер-Бридж («Дрянь»). Вилланель — главная антагонистка истории, безжалостная киллерша и социопатка. В первом сезоне мы ещё не понимаем, что у неё происходило в прошлом. Зато наблюдаем за её потрясающими дизайнерскими нарядами, которые она покупает на заработанные убийствами деньги: здесь мы прослеживаем, как можно показать эффектность героини, при этом не объективируя её.

Кадр из сериала «Убивая Еву». Источник: BBC America

Мы видим, как обсессия Вилланель главной героиней Евой Поластри нарастает с каждым эпизодом, и именно это становится интересным. Даже когда позднее нам рассказывают о травматичном прошлом киллерши, это скорее добавляет ей нюансов — ведь до этого мы считали Вилланель просто социопаткой. Её семейная история не отвлекает от сложных и запутанных отношений персонажей в настоящем. Вилланель — это сильная героиня, которая грубит детям и делает что хочет. И именно этим она пугает, цепляет и завораживает.

Примерно по такому же принципу идёт «Пороховой коктейль». Главная героиня Ева пошла по стопам матери и стала киллершей. На задания она ходит в удобной одежде, а оружие носит в жёлтой сумке с надписью «Я люблю котят». Ева может справиться с целым отрядом головорезов, а если на помощь придёт мама с коллегами — с армией. Её образ в фильме никак не сексуализируют — она просто героиня-киллерша. Да, у неё есть драматичная история о том, как мать бросила её в юном возрасте, но это в большей степени строит линию конкретно их отношений, а не то, почему Ева убивает. Понятное дело, в сюжете есть довольно много минусов и пробелов, но в том, как здесь показана главная героиня, проблем нет.

Кадр из фильма «Пороховой коктейль». Источник: The Picture Company

Может возникнуть вопрос: а зачем вообще переживать по поводу того, как показывают женщин-убийц в кино? Они же совершают ужасные вещи, зачем как-то заморачиваться? Мне кажется, ответ довольно прост: вымышленные истории позволяют нам рассматривать героев как реальных людей — неважно, какие поступки показаны на экране. Истории о мужчинах-киллерах часто завязаны на том, что даже такие персонажи могут испытывать сочувствие, ответственность и сопереживание. Киллерши же всё ещё получают полуторачасовые сценарии о том, как они справляются с травмами.

Пишу новости, пересматриваю «Баффи» и цитирую вайны

Понятно