Как взрослому человеку играть в обычные игрушки в 2020 году

Наталья Лобачёва

Давайте представим: выходной день, вы решили заняться уборкой и нечаянно наткнулись на коробку с игрушками столетней давности. Вы вытаскиваете Человека-паука со сломанной рукой, барби без одной туфли или паровоз, перед которым вы облизывались месяц, пока не получили его в подарок на день рождения. Что вы ощущаете? Прилив ностальгии, флешбэки, кажется, из лучшего времени. Это длится полминуты. Всё. Вы закрываете коробку, не решаетесь её выбросить и ставите обратно в кладовку. Почему?

Почему мы вообще перестали играть в обычные игрушки и по умолчанию выбрали настолки/шутеры/квесты? В какой момент ванная стала ванной, а не океаном с морскими чудовищами (=резиновыми утками)? Всё это тоже осталось в коробке с Человеком-пауком?

Иллюстрация от Cherryman

Давайте определимся с названиями: в английском языке есть «play» и «game»: оба слова переводятся на русский как «игра». Здесь есть чёткая разница, с которой нам помогла разобраться психолог в сфере видеоигр Ольга Морозова: «Play или Paidia — спонтанное самовыражение. Так дети разыгрывают сцены из воображения и строят замки из подушек. Содержание игры выражает их эмоции и потребности. Game или Ludus — контролируемая игра. В ней игрок ограничен заранее известными правилами. У такой игры есть чёткие цель и результат — чаще всего, выигрыш или проигрыш». Важно, что в английском есть чёткое определение игрушки, с которой играют (play) дети — a toy.

В русском же языке оба процесса, сильно разные по своим целям, обозначаются одним словом «игра». Образованная от игры «игрушка» — это как раз куклы, плюшевые зайцы, в общем, всё то, чем можно играть. Интересно ещё, что, например, бегемотиков из киндер-сюрпризов вообще называют «фигурками» — слово, не однокоренное с игрой. Чаще всего их коллекционируют и ставят на полку, как бы исключая из самого названия факт, что с ними, вообще-то, можно играть.

Вернёмся к процессу игры: в русском языке, и play, и game переводятся одинаково — «игра». В этом тексте мы не будем говорить об игре в шутеры, настолки и квесты. Наш фокус сосредоточен на игре с игрушками (toy), и так как в нашем языке нет особенного слова для этого процесса, давайте его введём — обозначим его как «тойство».

Иллюстрация от Cherryman

Нам интересно, почему человек с возрастом начинает обходить тойство, предпочитая только игру. Почему мы игнорируем нашего внутреннего ребёнка и его интересы? И существует ли он вообще? Об этом нам рассказала Ольга Морозова:

«Наша память о своём прошлом (автобиографическая память) — это не набор фактов, а художественный рассказ по мотивам реальной истории. Этот рассказ мы постоянно переписываем и дополняем. Одно и то же событие в школе человек вспомнит по-разному в двадцать лет и в тридцать лет, в хорошем настроении и плохом. Однако есть важная закономерность: мы ярче помним положительное, чем негативное. Так мозг пытается сохранить нам душевное здоровье. Ведь наша самооценка и надежды прочно опираются на воспоминания о себе. Этот механизм приводит к тому, что многое в нашем прошлом постепенно приобретает ореол добра и начинает вызывать ностальгические чувства. И это делает с нами удивительные вещи. Ностальгия заставляет нас лучше относиться к себе, защищает от стресса и дарит ощущение единой струны в жизни — связывает наше прошлое, настоящее и будущее.

Вовлекаясь в детскую игру, человек вовлекается в ностальгию — о времени, которое ему запомнилось как лучшее из-за особенностей автобиографической памяти.

Это ведёт к использованию понятия «внутренний ребёнок» в психотерапии и обычных разговорах (в научной психологии такого термина нет). Люди говорят о внутреннем ребёнке, чтобы вызвать ностальгию и обозначить всё наивное, светлое и оптимистичное, что взрослый вроде как потерял. Это неизбежно связывается с игрой, ассоциативно, потому что игра — основное занятие ребёнка. Игра противопоставляется взрослым занятиям, у которых обычно есть «оценщик», критерии качества, давление эффективности и нужности».

Раз у этого тойства есть свои плюсы — почему мы так редко отпускаем себя? Об этом задумался исследователь игр и геймдизайнер Ян Богост. Он заметил интересную вещь во время поездки в торговый центр со своей дочерью. Ян понимал, что ближайшие часы, пока его жена ходит по магазинам, будет совсем скучно, и заранее смирился с этим. А вот его дочь отыскала игру в этом — она ходила по плиткам, избегая стыков. Тогда Ян призадумался: почему дети так легко находят развлечения, а мы, взрослые, соглашаемся на рутину?

Взрослые привыкли терпеть скуку

Так уж вышло, что вселенная не сосредоточена на вас: она слишком многогранна и велика. В ней много триггеров для наших страхов — войны, терроризм, невзаимность в любви и неудачи в карьере. А ещё миллион вещей, которые могут нам нравиться— общение, соцсети, да тот же «Рик и Морти». Но почему-то мы даём этому страху поглотить любое новое влечение. В таком внутреннем напряжении невозможно играть, ведь развлечение начинается там, где вы сами позволяете ему начаться.

В детстве мы не знаем, как устроен мир. Мы кидаем предметы в стену, чтобы понять, как они функционируют. Мы не миримся с тем фактом, что нам должно быть скучно, и даже в самых тривиальных занятиях находим игру. Взрослые же привыкли терпеть скуку.

Мы настолько привыкаем к установленным правилам, что не ищем в обыденном интересное, ведь легче достать настолку, которая гарантирует хороший вечер: «Весёлая игра для всей семьи!» Вам нужно выполнить несколько пунктов, правильно расставить фишки, распределить роли — и вот, вы погружены в процесс, от которого точно поднимется настроение. Не поднялось? Ну, это с вами, видимо, что-то не так. Многим же нравится.

«Внутренний ребёнок» же находит игру везде, где ему становится скучно. Вам, кстати, это тоже не говорили — это пришло от бесконечной притирки к установленным нормам. Возможно, вы сами давно смирились, что скука — это норма, но почему-то всё ещё хочется рисовать непонятные узоры на скучном совещании и не наступать на стыки плиток в ТЦ.

Развлечение не значит удовольствие

Так уж (снова) вышло, что в противовес усердной работе и жизни на серьёзных щщах мы ищем, как правило, не развлечения, а удовольствия: занимаемся сексом, идём на вечеринку или играем в те же настолки — выбираем то, что гарантированно добавит хорошее в плохой день. И на этом вечном баланс-борде мы, не задумываясь, делим жизнь на позитивное и негативное. Именно эта установка не даёт нам вдохновиться обыденным — мы сразу отправляем его в «Скучное», что автоматически у нас означает «Плохое». Но скука — это не плохо.

Скука — это положительный знак. Во-первых, это сигнал, что, возможно, вы ещё не добрались до интересного. Например, мы воспринимаем очередь в магазине как угрозу окончательно нас раздавить и уничтожить после тяжёлого дня, хотя 1) повторим, у вселенной нет на вас таких планов — слишком уж много в мире людей 2) даже в очереди можно «поиграть» — например, по внешнему виду попробовать определить, как складывается жизнь у рядом стоящей бабушки или что хотела заявить этому миру кассирша с маникюром длиной в пять километров.

Во-вторых, скука — отличное условие для игры. Представьте, что вы сидите в поликлинике и ждёте врача, у вас сел телефон и ближайшие полчаса будут самыми невыносимыми в вашей жизни. Варианта два: либо страдать, либо попробовать себя занять. Тогда брелок от ключей в виде совы может стать противником найденной в потайном кармане рюкзака плюшевой жабе. Сможет ли спрятаться пресноводная или керамическая хищница её сожрёт? Весь исход зависит только от вас.

Ты что, в куклы до сих пор играешь?!

Вот мы с вами и вывели главные составляющие тойства: свободное время, скука и какие-то «объекты» — герои в очереди, керамические игрушки или тот Человек-паук со сломанной ногой. Кажется, всё это можно без труда отыскать, но нас что-то всё ещё сдерживает. Как будто кто-то осуждающе смотрит на вас за спиной…

Мы привыкли, что многое в мире разделено по возрастным категориям, потому приятно удивляемся, когда маленький ребёнок решает сложные математические задачи, и неприятно — когда тридцатилетняя женщина играет в барби, а не занимается йогой и ходит на свидания. Подкидывают масло в огонь незначительные детали: маркер на коробке с куклой «Детям от 8 до 14 лет» или даже определение слова «Игрушка» в словаре Ушакова: «Это вещь, служащая ДЕТЯМ для игры».

Все люди умеют играть. Только кто-то, как дед, зарывает в себе это желание и поддерживает возрастное разделение, а кто-то честно признает в себе кидалта. «Только вот кидалт — это не выбор, а стечение обстоятельств — экономических, демографических, географических. Из-за отсутствия в детстве компов, быстрого интернета, доступа к комиксам и всему новому мы особенно ценили то, что у нас было. А сейчас активно наверстываем и стараемся этим жить. Одновременно с этим мы росли в момент развала страны и создания новой: куча финансовых кризисов, проблем — на мир невозможно смотреть».  Раньше нам приходилось занимать себя как получится: бить крапиву палкой, придумывать свои миры и проводить захватывающие эксперименты.

Сейчас же — в изобилии игр, комиксов и фильмов — мы почему-то послушали вечно скучающих тридцатилетних «дедов». В детстве, родители нам говорили, что «Симпсоны» — страшные тупые мультфильмы, а теперь многие из нас выросли и начали сами так говорить. Многие стали копиями своих родителей, отрицая внутреннее невзросление. И эти тридцатилетние «деды» говорят, что заниматься нужно только тем, что уже признается поп-культурой и в целом имеет вес в обществе.

Они же говорят нам, какие игры кому подходят, стигматизируя любое действие не «по правилам». Куклы — для принцесс, космические корабли — для завоевателей. Только вот барби могут быть интереснее парням — они ведь больше похожи на людей, чем существа из другой галактики. Об этом Lego выпустил послание в 1974 году: у игрушек нет гендерных стереотипов, они подходят всем. Стигматизировать игрушки — то же самое, что забирать у человека возможность быть собой.

Игры — для всех

В итоге получается, мы с вами привыкли к скуке. Мы привыкли, что тойство — для детей, и живём в рамках, где распределены даже игры. Мы слушаем серьёзных людей и запрещаем себе не взрослеть. Мы корим себя за ребячество и приступы ностальгии, хотя она помогает нам чувствовать себя лучше. Так, может, уже хватит видеть в скуке врага и самое время отыскать в ней развлечение, которое мы ясно видели в детстве? Перестать слушать тех, кто преуспел в подавлении своих собственных желаний и чувств побольше нас? Ведь мы уже знаем, что мультфильмы — не только для детей, а видеоигры реально вытаскивают со дна. Давайте перестанем стигматизировать игрушки не только по гендерному принципу, но и по возрастному. Давайте изучать себя с помощью выпущенного наружу потока сознания, отключим все крепко засевшие в нас установки и вытащим, как в детстве, все игрушки на пол (плевать, что потом всё ещё складывать и убирать!). Давайте на час абстрагируемся от нескончаемых дел и просто поиграем.

Инструкция «А как играть»

1) Остаёмся дома:

— Если вы ограничены временем, поставьте будильник на полчаса/час и отключите уведомления во всех соцсетях. За такой небольшой отрезок вряд ли без вас рухнет мир;

— Достаньте старые игрушки, причём постарайтесь выбрать совершенно разные: тапира из киндер-сюрприза и мышь-слизня, прилипающую к рукам;

— Решите, в каких отношениях все присутствующие герои: кто с кем воюет, а кто по кому тайно вздыхает. Выберите локацию — она не обязана сочетаться с вашей квартирой, ведь в своём воображении вы способны перенестись хоть на ранчо, хоть на Марс. В общем, тут вам следует придумать устройство этого мира;

— Желательно определиться с событием: может, ваши персонажи сегодня идут на матч или кто-то из них решил сыграть свадьбу? Выбирайте, что вам ближе;

— Играйте. Играйте как хотите: задействуйте всех героев или сфокусируйтесь на главных, отправляйте их в такие ситуации, в каких они никогда бы не оказались без помощи вашего воображения. Забудьте о правилах, а лучше придумайте свои! Необязательно доводить игру до кульминации или продумывать остросюжетный детектив с мышью-слизняком и киндеровским тапиром. Необязательно ничего, кроме абстрагирования на этот час от всего остального мира;

2) Идём на улицу:

— Здесь тоже важно оставить все телефоны и наушники дома. Это нужно, чтобы убрать заманчивые, но простые способы развлечь себя. Определитесь со временем и отправляйтесь в путь;

— На улице вы можете примерить на себя чью-то роль: стать шпионом и внимательно изучать всех вокруг. Вот прошла бабуля, а вслед за ней — мужчина с двумя пакетами. Попробуйте придумать всем в местном парке историю (абсурд? ДА!), обратите внимание на походку, прислушайтесь к диалогам — подурачьтесь, станьте на час Шерлоком!

Иллюстрация от Cherryman

— Если погода позволяет, покатайтесь на горке или слепите снеговика, а чтобы подогреть интерес придумайте свои правила: «Если я скатаю снеговика за пять минут, то покупаю на обратном пути мороженое»;

— На улице нет конкретных игрушек, но есть определённые герои и условия. Взгляните на локацию, по которой вы каждый день с недовольным лицом идёте утром к метро, по-новому.

— И через час возвращайтесь к нам.

Надеемся, у вас получилось хотя бы немного отпустить себя и понять, что, в общем-то, не всегда вам нужны игровые установки или компания. И даже можно не слушать заумных людей, не выбрасывать любимый lego-набор и отдавать час времени не на просмотр очередного видео на ютубе, и не на ленту в инстаграм. Можно, изучать себя, предаваться ностальгии и открывать новые вселенные в своём воображении. Можно играть.

В свободное от работы время я смотрю мультсериалы и опять думаю про работу, да что ж такое

Понятно