В юбилейном 25-м сезоне «Битвы экстрасенсов», который сейчас идёт в эфире телеканала ТНТ, много колоритных героев. Но один из них, Виталий Терлецкий, совершенно особенный. Много лет мы знали его как автора и издателя комиксов, в том числе «Собакистана», поэтому не могли упустить возможность поговорить о совершенно новой грани его личности.
— Российское поп-культурное сообщество много лет знает тебя как человека из совершенно другой сферы. Как произошла эта трансформация?
— Ой, я тебе расскажу во всех подробностях! Жизнь в Японии непростая. Говорят, там кто угодно может с ума сойти. Мне тоже так казалось в какой-то момент. В этой стране у меня было не очень много друзей, поэтому приходилось использовать пешие прогулки в терапевтических целях, хоть я и ненавижу их. В Японии замечательная природа. Хотя в Токио живет 35 миллионов человек, но если вы выедете на 200-300 километров в глубь страны, там никого не будет. В глухом лесу очень просто заблудиться, что со мной и случилось. Я блуждал больше двух дней без еды и воды, что было очень стрессово и неприятно. Знаешь, когда время стирается, и перестаёшь понимать, сколько прошло, хотя сменяются день и ночь.
Начал терять надежду. Это очень странно, потому что, казалось бы, такая небольшая страна, столько цивилизации... однако в некоторые места лучше не заходить. В конце-концов я набрёл на заброшенный Лисий храм. Я был в отчаянии. В какой-то момент взглянул вокруг, оглянулся назад и понял, что духи со мной связаться хотят. И действительно, они со мной связались. Ëкай — это классическая японская нечисть.
Японцы очень суеверны. Я никогда до конца не понимал почему, но, увидев духов своими глазами, понял, что мир вообще не таков, каким кажется. В принципе можно допустить мысль, что каждый из нас немного окружён чудесами. Как говорил лучник, посланник горгонитов в фильме «Солдатики»: «Если ты чего-то не видишь, ещё не значит, что этого нет». Так и я поверил, что не всё на свете подвластно глазам. А верить в это или нет, решить каждый должен сам.
Маша Гурьева
Так я начал общаться с некоторыми японскими ёкаями. В том лесу они меня просто пожалели и оказались достаточно дружелюбными, хотя некоторых из них по умолчанию называют злыми во всех легендах. Но духи, как и люди, разные. Естественно, многие из них не были добрыми, потому что японцы годами пытались заточить или изгнать их, используя для этого древнее искусство Оммёдо [традиционное японское эзотерическое учение — ред.], которое пришло в Японию из Китая, где-то в шестом-седьмом веке, вошло в свою силу и набрало популярность в одиннадцатом веке благодаря известному мистику Абэ-но Сэймэйю. Это такой местный Григорий Распутин, который служил императору, звался астрологом и провидцем и нажил бесчисленное количество врагов. В Киото у Абэ-но есть храм.
Естественно, я не смог изучить Оммёдо в классическом смысле. До сих пор есть небольшие ячейки, которые практикуют его и обучают, но попасть туда иностранцу практически невозможно, потому что японская культура все ещё очень закрытая в этом плане. Изначально это было искусство баланса сил инь и ян, но после его разделили на пять элементов: дерево, огонь, вода, земля и металл (он же золото).
— Получается, ты встретил в лесу своих чудесных друзей и поселил их в коробку из-под печенья?
— Не всех. В том храме появились ребята, которые пожалели меня и каким-то образом научили меня видеть, потому что раньше я не наблюдал в себе способностей. После этого вижу именно их, а также других японских духов. Я не знаю, как это работает, но фишка в том, что в России я ничего не наблюдаю. В этом и проблема. Когда я был на испытании с ширмой, меня просили рассказать, что я вижу. Я сказал: «Ничего, у меня нет никаких способностей». Спросили, зачем тогда я здесь. А я ответил, что могу видеть только пять своих духов в коробке, которые выходят, смотрят и рассказывают мне. Могут соврать, ошибиться, ведь они ещё и говорят по-японски. Я половину не понимаю. За что купил, ребята, за то и продаю! Работаю честно.
— Получается, ты вышел к храму и встретил ёкаев без каких-либо познаний в этой сфере?
— Абсолютно. Мне показалось, я схожу с ума. Может быть, у меня до сих пор лишь голоса в голове. Но тогда почему это работает? Почему я на битве? Видимо, это всё же реально.
— После выхода из леса ты пошёл дальше изучать это искусство?
— Мои новые друзья то исчезали, то появлялись, видимо, благодаря мне. Кто-то из них был привязан к храму, а я помог им покинуть его. В русской колдовской традиции схожее поведение у погостных бесов.
Сегодня у нас много информации в свободном доступе, и я быстро учусь всему сам. Например, в 2024 году делал свою первую видеоигру, до этого не владея подобными навыками. Мы с командой всё постигли в моменте и потратили на это один месяц. Аналогично и с магией. До мастеров Оммёдо мне очень далеко, однако я немножко переворачиваю правила в свою сторону, потому что все духи, которые были заточены профессиональными оммёдзи, фактически оказывались в рабстве. Я же работаю с ними на уровне корешей, поэтому всё и получается. У среднестатистического оммёдзи (того, кто практикует учение) есть максимум два сикигами — порабощенных духов. У Абэ-но Сэймэя было двенадцать, а у меня пять. Ну вот, мой уровень. У какого-то гайдзина, который самоучка. Делайте выводы.
— Как тебе пришла мысль поехать в Россию на «Битву Экстрасенсов»?
— Я не смотрел «Битву» до начала 2024 года, когда прилетел в Россию на мероприятие в качестве амбассадора по комиксам. Валялся с джетлагом в отеле и от нечего делать включил шоу. Подумал: «Ничего себе, как Константин Гецати это делает!». Понял, что программа сильно изменилась с 2007-го. Теперь это не просто главное русское аниме-сёнэн, как я много раз говорил редакторам и продюсерам программы, а величайший поп-культурный феномен нашего государства текущей эпохи. И поскольку эта сфера всегда была моей работой («Собакистан», «Продукты 24», «Роман, Победитель Ласточек»), я подумал, что хотел бы стать частью «Битвы». К тому же этого возжелал мой главный дух из коробки.
— Был ли у тебя опыт взаимодействия с паранормальным до судьбоносной встречи в японском лесу?
— Никогда в жизни. До сих пор не верю ни во что, чего не вижу сам. Я не могу сказать, есть ли какие-то способности у других участников шоу. Но испытания они проходят хорошо. Наверное, у них есть предрасположенность к чему-то. Возможно, я просто недостаточно силён, чтобы увидеть это. Может, мы просто работаем на разных частотах. Уверен, что никто из них и моих духов не увидит.
— На «Битве» всё по-честному?
— Могу только за себя отвечать: у меня всё по-настоящему. Так, каждый раз, когда приезжаю на испытания, до последнего не знаю, куда поеду. Во второй серии мы отправились под Арзамас в город Лукоянов. Узнал это только на вокзале, когда мне прислали билет (все соблюдали секретность). Так на протяжении всего шоу.
— Как ёкаи относятся к тому, что сейчас происходит на «Битве»?
— Со скепсисом. Для них всё это немного дико. Например, вызываю своего главного кореша, это какой-то жулик, бандит с большой дороги. Его зовут Ямада Тацуя, он жил чуть ли не в 11 веке и говорит, что знал Абэ-но Сэймэя лично. Врёт, естественно. Я ему не верю в этом плане, но он много интересного рассказал, даже помог где-то.
Во время испытания мы приезжаем в какую-то деревню, я достаю его из коробки, чтобы он рассказал о человеке на снимке. Но ёкай в принципе не особо знает, что такое фотография. Вот прикиньте: мы берём призрака какого-нибудь мужика из времён Владимира Красное Солнышко, перемещаем его в Токио со всеми этими неоновыми огнями и говорим, чтобы он о ком-то нам поведал. А дух понятия не имеет, где он и зачем. Нужно помнить, что у всего есть лимиты. Я не готов верить тем, кто говорит, что их способности безграничны. Единственный настоящий экстрасенс для меня — Александр Шепс.
— Помогают ли ёкаи в быту?
— Чай, конечно, не заваривают, но дом охранять могут. Не дай бог, вы без меня зайдёте в квартиру: сразу получите родовое проклятие, которого на самом деле не существует.
Люди вообще склонны придумывать суеверия и проблемы там, где их нет. На одном из испытаний герои считали, что на их роду порча. Однако мы с духами разложили карты и ничего не обнаружили. Надо пояснить, что коробка — уникальный инструмент, в котором ёкаи находятся большую часть времени, она прямо пульсирует от их энергии. Поэтому любая вещь, которую положишь туда хотя бы на сутки, начнёт работать как проводник их силы. Но я стараюсь не злоупотреблять этим, поэтому каждый раз помещаю в контейнер что-то новое. Японцы называют эту механику «гача». Никогда не знаешь, что внутри.
Однажды нужно было найти лишнего человека, одного из четырёх. Мы с друзьями справились с этой задачей блестяще. После мы работали с картами: казалось бы, картонки с картинками, однако они действуют в нужных руках и для нужных людей. Кто-то может отнестись к моей колоде скептически, хотя она заряжена гораздо больше, чем Таро. Это классическая коллекционная карточная игра с похожими на ёкаев существами, очень популярна в Японии. Я, кстати, понял, почему люди так часто гадают с помощью инструментов: в этот момент им вообще не нужно думать. Всё говорит колода. Мне понравилось, буду стараться и дальше что-то в таком духе использовать.
На шоу не всегда уделяют внимание деталям. Например, на испытании с чёрными вдовами я использовал соединение двух культурных кодов. Такой нюанс: ни продюсеры, ни редакторы программы до последнего не знают, что будет в моей коробке на испытании. Я соединил всех красной нитью, как влюблённых из классической японской истории Акаи Ито. Мы работали через смерть, поэтому я воткнул иглу прямо себе в палец, раскалив на огне перед этим. Также в коробке из-под печенья по русской колдовской традиции были нитки и булавки. Мы просто соединили нить с живой плотью для того, чтобы получить сигнал, который, к сожалению, прошёл неэффективно. Я нашёл женщину, у которой умер только один муж, а не четыре.
Маша Медведева
Все были скептически ко мне настроены. Возможно, это влияние Веры Сотниковой, которая неправильно меня поняла, когда я смотрел на неё с обожанием, потому что она — одна из моих любимых актрис. Я сказал, что обожаю её роль в фильме «Курьер», где она сыграла любовницу папы главного героя. И Вера немного обиделась, заметив, что это не самая лучшая роль, чтобы о ней помнить.
— Уедут ли ёкаи в Японию после окончания съёмок ?
— Не знаю, но я точно уеду. У меня там много дел, нужно готовиться к Tokyo Game Show в конце сентября. Мы уже подали заявку. Хорошо бы закончить нашу игру по «Собакистану», адаптацию нашего самого популярного комикса, демо-версию которой мы выпустили в прошлом году. Видеоигру делаем той же командой. Нужно очень постараться, чтобы закончить её вовремя.
— Как ёкаям живётся в России?
— Им интересно, потому что это абсолютно другой мир. Две страны, как две разные планеты.
— Планируешь ли ты заниматься платной практикой и вести частные приёмы, как делали многие участники предыдущих сезонов «Битвы»?
— Нет. Духи не разрешают мне использовать их способности в подобных целях. Нельзя тратить их силы и энергию на что-то помимо «Битвы». Сейчас они работают в своё удовольствие. Многие люди не готовы делать за деньги то, что хотят совершать бесплатно, чтобы просто чувствовать себя хорошо. Точно также и у духов. Кроме того, у меня есть другой род деятельности, который я считаю предпочтительнее и интереснее.
— Что для тебя самое сложное на съёмках проекта?
— Ничего. Сложно тем, кто притворяется экстрасенсом. Такие пытаются что-то придумать на ходу. А мне нужно лишь поддаться потоку и прислушаться. Как только начинаешь думать головой, тут же ошибаешься, потому что сомневаешься в том, что ведёт тебя. Один из участников шоу сказал: «Между интуицией и даром очень тонкая грань: одно проистекает из другого, одно другое поддерживает». Это чистая правда.
— Пожелаешь что-нибудь нашим читателям?
— Отриньте страх, потому что бояться нечего. Нет ничего страшнее смерти, но даже и она не так страшна.
Алекс Ким
