Эксклюзивный фрагмент из книги Рафаэля Боб-Ваксберга, создателя «Коня БоДжека» | Арт на 2x2 | 2020
18+ Эксклюзивный фрагмент из книги Рафаэля Боб-Ваксберга, создателя «Коня БоДжека»

Эксклюзивный фрагмент из книги Рафаэля Боб-Ваксберга, создателя «Коня БоДжека»

Варков

Издательство Individuum поделилось с нами отрывком из книги «Тот, кто полюбит все твои трещины» Рафаэля Боб-Ваксберга, создателя «Коня БоДжека» и «Отмены». Книга, которую наконец-то перевели на русский язык, состоит из трогательных и остроумных рассказов о любви. Ниже приводим целиком один из них — «Пропущенная пересадка».

В оригинале — «Missed Connection»: выражение обозначает не только «пропущенную пересадку», но и жанр объявления, с помощью которого пытаются найти понравившегося незнакомого человека. Впервые рассказ был опубликован в 2013 году на сайте электронных объявлений Craigslist в разделе «Missed Connections».


Я увидел тебя в метро на маршруте Q, в поезде Манхэттен — Бруклин.

Я был в футболке в голубую полоску и бордовых штанах. Ты — в винтажной зеленой юбке и топе кремового цвета.

Ты зашла на станции «Декалб» и села напротив, наши глаза на мгновение встретились. Я немножко влюбился, так по-глупому, когда создаешь в голове полностью вымышленную версию человека, смотришь на нее и влюбляешься. Но я все равно думаю, что это было неспроста.

Несколько раз мы смотрели друг на друга и отводили глаза. Я пытался придумать, что тебе сказать — может, притвориться, что я заблудился, и спросить дорогу, или сказать что-нибудь о твоих сережках в форме сапожек, или просто заметить «Жарко сегодня». Это все казалось таким глупым.

В один момент я поймал твой долгий взгляд, и ты сразу же потупила глаза. Затем достала из сумки книгу и стала читать — биографию президента Линдона Джонсона, — но я заметил, что ты ни разу не перевернула страницу.

Рафаэль Боб-Ваксберг. Фото: JCCSF

Мне нужно было выходить на «Юнион-сквер», но я решил остаться, подумав, что на 42-й улице я мог бы пересесть на 7-й маршрут, но на 42-й улице я опять решил не выходить. Ты, должно быть, тоже пропустила свою станцию, потому что, когда мы доехали до самого конца маршрута на 96-й улице, мы оба просто сидели в вагоне и ждали.

Я вопросительно посмотрел на тебя, наклонив голову. Ты пожала плечами и подняла перед собой книгу; ты пропустила свою станцию, потому что отвлеклась, вот и всё.

Мы сели на обратный поезд — вниз по Верхнему Ист-Сайду, петляя по Среднему Манхэттену, от Таймс-сквер через Геральд-сквер до Юнион-сквер, под Сохо и Чайна-тауном, вверх по мосту обратно в Бруклин, мимо Беркли и Проспект-парка, мимо Флэтбуш и Мидвуд и Шипсхед-Бей, до самого Кони-Айленда. И когда мы добрались до Кони-Айленда, я знал, что должен что-то сказать.

Но я не сказал ничего.

И мы поехали обратно.

Из одного конца ветки Q в другой, снова и снова. Мы попадали в толпу пассажиров в час пик и видели, как она редеет. Мы наблюдали, как солнце садится над Манхэттеном, когда пересекали Ист-Ривер. Я ставил себе сроки: я заговорю с ней до Ньюкерка; я заговорю с ней до Канала. Но по-прежнему хранил молчание.

Долгие месяцы мы сидели в поезде, не говоря ни слова. Мы выживали на пакетиках Skittles, купленных у детей, собирающих деньги для своей баскетбольной команды. Мы слышали, наверное, миллион ансамблей мариачи, чуть не получили по лицу от сотни тысяч брейкдансеров. Я давал деньги попрошайкам, пока у меня не кончились однодолларовые купюры. Когда поезд поднимался из-под земли, я получал сообщения и голосовую почту («Где ты? Что случилось? У тебя всё в порядке?»), пока мой телефон не сел.

Я заговорю с ней к рассвету; я заговорю с ней ко вторнику. Чем дольше я ждал, тем сложнее становилось. Что я вообще могу сказать тебе сейчас, когда мы проезжаем одну и ту же станцию в сотый раз? Возможно, если бы я мог вернуться во времени к тому первому разу, когда на выходные наш состав перевели с маршрута Q на локальный маршрут R, то я бы сказал «Как неудобно», но я не могу сказать это сейчас, правда? После каждого твоего чиха я по несколько дней кусал локти: почему я не мог сказать «Будь здорова»? Этого шажка навстречу хватило бы, чтобы начать разговор, но вот мы все еще сидим в глупом молчании.

Были ночи, когда мы оставались единственными живыми душами в вагоне, а возможно, и во всем поезде, и даже тогда мне было неловко тебя беспокоить. Она читает, думал я, она не хочет со мной разговаривать. И все равно были моменты, когда я чувствовал связь между нами. Кто-нибудь кричал что-то безумное об Иисусе, и мы немедленно бросали взгляды друг на друга, чтобы увидеть реакцию. Пара подростков покидала поезд, держась за руки, и мы оба думали: первая любовь.

Шестьдесят лет мы сидели в вагоне, едва притворяясь, что не замечаем друг друга. Я узнал тебя так хорошо, пусть и видел всегда лишь краешком глаза. Я запомнил изгибы твоего тела, очертания твоего лица, ритм твоего дыхания. Однажды я увидел, как ты заплакала, взглянув на газету сидящего рядом пассажира. Мне было интересно, заплакала ли ты из-за чего-то конкретного или из-за общего хода времени, такого незаметного, пока его внезапно не заметишь. Я хотел успокоить тебя, заключить в объятия, заверить, что все будет хорошо, но это казалось слишком фамильярным; я сидел, словно приклеенный к своему сиденью.

Однажды, в середине дня, ты встала, когда поезд подъезжал к Авеню Джей. Тебе с трудом далась эта простая задача — встать, ведь ты не делала этого уже шестьдесят лет. Держась за поручень, ты подошла к дверям. Там ты немного поколебалась, возможно, ожидая, что я что-то скажу, давая мне один последний шанс остановить тебя, но вместо того, чтобы излить на тебя целую жизнь, прожитую среди этих несостоявшихся почти-что-разговоров, я не сказал ничего и только наблюдал, как ты проскользнула между закрывающимися дверьми.

Прошло еще несколько станций, прежде чем я понял, что тебя действительно больше нет. Я продолжал ждать, что ты вернешься в вагон метро, сядешь рядом со мной и положишь голову мне на плечо. Ничего не будет сказано. Ничего не нужно будет говорить.

Когда поезд вернулся на «Авеню Джей», я вытянул шею, как только поезд подъехал к станции. Возможно, ты была там, на платформе, все еще ждала меня. Возможно, я увижу тебя, светящуюся от счастья и улыбающуюся, твои длинные белые волосы будут развеваться на ветру от надвигающегося поезда.

Но нет, тебя не было. И я понял, что, скорее всего, больше никогда тебя не увижу. И я подумал: как удивительно, что можно знать человека шестьдесят лет и все же совсем его не знать.

Я просидел до «Юнион-сквер», там вышел и пересел на ветку L.


Copyright © 2019 by Raphael Bob-Waksberg

Проработал несколько лет в магазине комиксов. Писал о книжках с картинками, пока продавал их. Создал раздел комиксов на «Канобу» и спецвыпуск «Мира Фантастики». Теперь помогаю делать 2х2.медиа.

Tolstoy Comments
Читайте ещё
Понятно
Привет, это 2x2.Медиа
На сайте есть контент, который по закону РФ запрещен для людей младше 18 лет. Пожалуйста, подтвердите, что вам уже исполнилось 18.
Да
Нет
https://media.2x2tv.ru/fraghmient-iz-knighi-rafaelia-bob-vaksbiergha/
Эксклюзивный фрагмент из книги Рафаэля Боб-Ваксберга, создателя «Коня БоДжека»
Эксклюзивный фрагмент из книги Рафаэля Боб-Ваксберга, создателя «Коня БоДжека»
Предлагаем прочесть отрывок из книги потрясающего сценариста, который хорошо вам знаком благодаря взрослой анимации.
Арт
2020-12-10T00:12
2020-12-11T20:12
Арт
https://media.2x2tv.ru/content/images/2020/12/---jpg.jpg
1440
1440
true
1440
1080
true
1440
810
true
<p>Издательство Individuum поделилось с нами отрывком из книги <a href="https://clck.ru/SMrYu">«Тот, кто полюбит все твои трещины»</a> Рафаэля Боб-Ваксберга, создателя <a href="https://media.2x2tv.ru/podrobnyi-analiz-bojack/">«Коня БоДжека»</a> и <a href="https://2x2tv.ru/blog/undone/">«Отмены»</a>. Книга, которую наконец-то перевели на русский язык, состоит из трогательных и остроумных рассказов о любви. Ниже приводим целиком один из них — «Пропущенная пересадка».</p><p>В оригинале — «Missed Connection»: выражение обозначает не только «пропущенную пересадку», но и жанр объявления, с помощью которого пытаются найти понравившегося незнакомого человека. Впервые рассказ был опубликован в 2013 году на сайте электронных объявлений Craigslist в разделе «Missed Connections».</p><hr><p>Я увидел тебя в метро на маршруте Q, в поезде Манхэттен — Бруклин.</p><p>Я был в футболке в голубую полоску и бордовых штанах. Ты — в винтажной зеленой юбке и топе кремового цвета.</p><p>Ты зашла на станции «Декалб» и села напротив, наши глаза на мгновение встретились. Я немножко влюбился, так по-глупому, когда создаешь в голове полностью вымышленную версию человека, смотришь на нее и влюбляешься. Но я все равно думаю, что это было неспроста.</p><p>Несколько раз мы смотрели друг на друга и отводили глаза. Я пытался придумать, что тебе сказать — может, притвориться, что я заблудился, и спросить дорогу, или сказать что-нибудь о твоих сережках в форме сапожек, или просто заметить «Жарко сегодня». Это все казалось таким глупым.</p><p>В один момент я поймал твой долгий взгляд, и ты сразу же потупила глаза. Затем достала из сумки книгу и стала читать — биографию президента Линдона Джонсона, — но я заметил, что ты ни разу не перевернула страницу.</p><figure class="kg-card kg-image-card kg-width-wide kg-card-hascaption"><img src="https://media.2x2tv.ru/content/images/2020/12/maxresdefault-2.jpg" class="kg-image" alt loading="lazy" width="1280" height="720" srcset="https://media.2x2tv.ru/content/images/size/w600/2020/12/maxresdefault-2.jpg 600w, https://media.2x2tv.ru/content/images/size/w1000/2020/12/maxresdefault-2.jpg 1000w, https://media.2x2tv.ru/content/images/2020/12/maxresdefault-2.jpg 1280w" sizes="(min-width: 1200px) 1200px"><figcaption>Рафаэль Боб-Ваксберг. Фото: <a href="https://youtu.be/Lj2W9mnBunY">JCCSF</a></figcaption></figure><p>Мне нужно было выходить на «Юнион-сквер», но я решил остаться, подумав, что на 42-й улице я мог бы пересесть на 7-й маршрут, но на 42-й улице я опять решил не выходить. Ты, должно быть, тоже пропустила свою станцию, потому что, когда мы доехали до самого конца маршрута на 96-й улице, мы оба просто сидели в вагоне и ждали.</p><p>Я вопросительно посмотрел на тебя, наклонив голову. Ты пожала плечами и подняла перед собой книгу; ты пропустила свою станцию, потому что отвлеклась, вот и всё.</p><p>Мы сели на обратный поезд — вниз по Верхнему Ист-Сайду, петляя по Среднему Манхэттену, от Таймс-сквер через Геральд-сквер до Юнион-сквер, под Сохо и Чайна-тауном, вверх по мосту обратно в Бруклин, мимо Беркли и Проспект-парка, мимо Флэтбуш и Мидвуд и Шипсхед-Бей, до самого Кони-Айленда. И когда мы добрались до Кони-Айленда, я знал, что должен что-то сказать.</p><p>Но я не сказал ничего.</p><p>И мы поехали обратно.</p><p>Из одного конца ветки Q в другой, снова и снова. Мы попадали в толпу пассажиров в час пик и видели, как она редеет. Мы наблюдали, как солнце садится над Манхэттеном, когда пересекали Ист-Ривер. Я ставил себе сроки: я заговорю с ней до Ньюкерка; я заговорю с ней до Канала. Но по-прежнему хранил молчание.</p><p>Долгие месяцы мы сидели в поезде, не говоря ни слова. Мы выживали на пакетиках Skittles, купленных у детей, собирающих деньги для своей баскетбольной команды. Мы слышали, наверное, миллион ансамблей мариачи, чуть не получили по лицу от сотни тысяч брейкдансеров. Я давал деньги попрошайкам, пока у меня не кончились однодолларовые купюры. Когда поезд поднимался из-под земли, я получал сообщения и голосовую почту («Где ты? Что случилось? У тебя всё в порядке?»), пока мой телефон не сел.</p><p>Я заговорю с ней к рассвету; я заговорю с ней ко вторнику. Чем дольше я ждал, тем сложнее становилось. Что я вообще могу сказать тебе сейчас, когда мы проезжаем одну и ту же станцию в сотый раз? Возможно, если бы я мог вернуться во времени к тому первому разу, когда на выходные наш состав перевели с маршрута Q на локальный маршрут R, то я бы сказал «Как неудобно», но я не могу сказать это сейчас, правда? После каждого твоего чиха я по несколько дней кусал локти: почему я не мог сказать «Будь здорова»? Этого шажка навстречу хватило бы, чтобы начать разговор, но вот мы все еще сидим в глупом молчании.</p><p>Были ночи, когда мы оставались единственными живыми душами в вагоне, а возможно, и во всем поезде, и даже тогда мне было неловко тебя беспокоить. Она читает, думал я, она не хочет со мной разговаривать. И все равно были моменты, когда я чувствовал связь между нами. Кто-нибудь кричал что-то безумное об Иисусе, и мы немедленно бросали взгляды друг на друга, чтобы увидеть реакцию. Пара подростков покидала поезд, держась за руки, и мы оба думали: первая любовь.</p><p>Шестьдесят лет мы сидели в вагоне, едва притворяясь, что не замечаем друг друга. Я узнал тебя так хорошо, пусть и видел всегда лишь краешком глаза. Я запомнил изгибы твоего тела, очертания твоего лица, ритм твоего дыхания. Однажды я увидел, как ты заплакала, взглянув на газету сидящего рядом пассажира. Мне было интересно, заплакала ли ты из-за чего-то конкретного или из-за общего хода времени, такого незаметного, пока его внезапно не заметишь. Я хотел успокоить тебя, заключить в объятия, заверить, что все будет хорошо, но это казалось слишком фамильярным; я сидел, словно приклеенный к своему сиденью.</p><figure class="kg-card kg-gallery-card kg-width-wide"><div class="kg-gallery-container"><div class="kg-gallery-row"><div class="kg-gallery-image"><img src="https://media.2x2tv.ru/content/images/2020/12/---_---_-------_---_----_-------_---_--------.jpg" width="827" height="1240" loading="lazy" alt srcset="https://media.2x2tv.ru/content/images/size/w600/2020/12/---_---_-------_---_----_-------_---_--------.jpg 600w, https://media.2x2tv.ru/content/images/2020/12/---_---_-------_---_----_-------_---_--------.jpg 827w" sizes="(min-width: 720px) 720px"></div></div></div></figure><p>Однажды, в середине дня, ты встала, когда поезд подъезжал к Авеню Джей. Тебе с трудом далась эта простая задача — встать, ведь ты не делала этого уже шестьдесят лет. Держась за поручень, ты подошла к дверям. Там ты немного поколебалась, возможно, ожидая, что я что-то скажу, давая мне один последний шанс остановить тебя, но вместо того, чтобы излить на тебя целую жизнь, прожитую среди этих несостоявшихся почти-что-разговоров, я не сказал ничего и только наблюдал, как ты проскользнула между закрывающимися дверьми.</p><p>Прошло еще несколько станций, прежде чем я понял, что тебя действительно больше нет. Я продолжал ждать, что ты вернешься в вагон метро, сядешь рядом со мной и положишь голову мне на плечо. Ничего не будет сказано. Ничего не нужно будет говорить.</p><p>Когда поезд вернулся на «Авеню Джей», я вытянул шею, как только поезд подъехал к станции. Возможно, ты была там, на платформе, все еще ждала меня. Возможно, я увижу тебя, светящуюся от счастья и улыбающуюся, твои длинные белые волосы будут развеваться на ветру от надвигающегося поезда.</p><p>Но нет, тебя не было. И я понял, что, скорее всего, больше никогда тебя не увижу. И я подумал: как удивительно, что можно знать человека шестьдесят лет и все же совсем его не знать.</p><p>Я просидел до «Юнион-сквер», там вышел и пересел на ветку L.</p><hr><p>Copyright © 2019 by Raphael Bob-Waksberg</p>
ru-RU
https://media.2x2tv.ru/legal/
2х2.медиа
[email protected]
+7(495) 644 22 24
ООО «Телерадиокомпания «2x2»
192
31
2020
Варков
https://media.2x2tv.ru/content/images/2024/02/photo_2024-01-19_23-06-47.jpg
Проработал несколько лет в магазине комиксов. Писал о книжках с картинками, пока продавал их. Создал раздел комиксов на «Канобу» и спецвыпуск «Мира Фантастики». Теперь помогаю делать 2х2.медиа.
Варков
https://media.2x2tv.ru/content/images/2024/02/photo_2024-01-19_23-06-47.jpg
Проработал несколько лет в магазине комиксов. Писал о книжках с картинками, пока продавал их. Создал раздел комиксов на «Канобу» и спецвыпуск «Мира Фантастики». Теперь помогаю делать 2х2.медиа.
Эксклюзивный фрагмент из книги Рафаэля Боб-Ваксберга, создателя «Коня БоДжека»
https://media.2x2tv.ru/fraghmient-iz-knighi-rafaelia-bob-vaksbiergha/