История возникновения фанфиков: от «Дон Кихота» до Гарри Поттера

Анастасия Плинер

Если мальчик-волшебник неожиданно стал аспирантом-ядерщиком закрытого советского НИИ, если ваш одиозный президент-миллиардер оказался зомби-роботом, если гений и филантроп купил ушанку в Гостином Дворе или ваш любимый 2x2 напился в стельку, и даже Первый канал склонился перед ним, чтобы развязать ему шнурки…

Поздравляю, возможно, вы попали в прекрасный, неукротимый и необъятный мир фанфикшна — фанатских произведений, использующих уже существующих героев и основанных на известных сюжетах. В родном английском это слово — fanfiction — слеплено из двух одинаково значимых частей: «фанатский» (fan) и «выдумка» (fiction).

Неискушенный зритель был вынужден осознать, что живет в одном мире с фанфиками (отдельными фанатскими произведениями) в период между 2011-м и 2015 годами: от выхода первой книги «50 оттенков серого» о БДСМ-неофитке Анастейше Стил и её Сером Господине до промо-кампании первого фильма о них же. В то славное время люди, прежде в глаза не видевшие фанфиков, передавали друг другу секрет Полишинеля: а вы знали, что эта книга — фанфик на «Сумерки»? Да, а что такое фанфик?

«Сейчас мы вам ответим», — сказали в New York Times и написали статью. И вот тогда все упали: оказывается, можно взять чужое произведение, переиначить его на свой лад, не прикрываясь никаким постмодерном, а потом взять и покорить с ним Голливуд. И чтобы Бейонсе написала тебе саундтрек. Да, и так тоже можно.

Но появился фанфикшн задолго до «Оттенков», Бейонсе, интернета и New York Times. Первый известный науке фанфик относится к Ренессансу –  периоду, когда человек впервые сообразил, что можно делать что-то исключительно для удовольствия. Преданный фанат (или хейтер — литературоведы до сих пор спорят на этот счет) Мигеля Сервантеса, человек под псевдонимом Алонсо Фернандес де Авельянеда написал продолжение «Дон Кихота». Сервантес был возмущен, но продуктивен, и выпустил авторское продолжение, чтобы было где обозвать Авельянеду «тордесильясским писакой» с «окоченевшим умом».

Самовольные творцы продолжений изначально бесили всех, особенно sci-fi коммьюнити, которое расцвело в США в тридцатых годах XX века. Именно они в 1939 году придумали слово «fanfiction», чтобы описать ими тех, кто не способен придумывать собственные сюжеты и пишет вариации на тему уже существующих. Произносить это слово полагалось с тем же видом, что Малфой произносит заветное «грязнокровка», потому что настоящий научный фантаст пишет только «pro-fiction» с оригинальными сюжетами и героями, а фикрайтеры (писатели фанфиков) занимаются ерундой.

Однако именно благодаря изначально заниженным ожиданиям и отсутствию каких-либо требований к содержанию и форме фанфикшн оказался невероятно живуч: заняться им мог любой, и он куда лучше отражал фанатские настроения, нежели занудные «взрослые» обсуждения, отзывы и публичные чтения. Почти сразу фанфикшн превратился в культурное явление — его начали изучать. В 1944 году (в разгар Второй Мировой) в Лос-Анджелесе первый в мире историк фанфикшна Джон Бристоль Спир (кстати, юрист по профессии) опубликовал книгу «Up To Now» («Доныне»), посвященную творчеству фанатов научной фантастики в 30-е годы XX века.

Если pro-fiction выходил по-настоящему хорошим и интересным — он мигом обрастал фанфикшном. Но ещё где-то четверть века это никого не волновало: гиганты вроде Айзека Азимова не нуждались в фидбеке, а идея зарабатывать на мерче и прочих сопутствующих товарах ещё не пришла никому в голову.

А потом появился Джин Родденбери и создал первую по-настоящему великую франшизу по выдуманной вселенной — «Звёздный путь».

Успеху изначального проекта тогда способствовало… ну, примерно всё: планета бредила космосом, сериальный формат побеждал тяжеловесное кино, Америка находилась на экономическом подъёме, и почти в каждом домохозяйстве был цветной телевизор. Но ни идея, ни формат, ни удачно выбранный момент не смогли бы принести «Звёздному пути» столь ошеломительную славу, если бы не одна деталь: Родденбери умел слушать своих фанатов. И у него было много, очень много материала.

Фанфикшн, каким мы знаем его сейчас, появился в фанзинах (fanzines, фанатские издания). Первый фанзин был создан фанатками «Звёздного пути» Деврой Лэнгсам и Шерной Комерфорд ровно через год после выхода первой серии, в сентябре 1967 года. Он назывался «Spockanalia», содержал 90 страниц и был размножен на мимеографе (машина трафаретной печати для копирования произведений). Первый пуск фанзина состоял исключительно из фанатских историй, стихов и комментариев, но уже второй, вышедший в апреле 1968-го, был дополнен рубрикой от сценаристки «Пути» Д. С. Фонтаны, где она отвечала на вопросы и делилась инсайдерскими сведениями о загадочной фигуре Спока.

Сам Родденбери не только читал фанзины, но и называл их «необходимым чтением» для «каждого, кто принимает решения о политике своей телепрограммы». Сейчас, когда целые флотилии специально обученных людей и алгоритмов специально бороздят просторы интернета, чтобы изучить вкусы аудитории, эта рекомендация кажется довольно наивной. Но речь идет о 1968 годе: для сравнения, монстры маркетинга из Coca-Cola додумались спросить, чего по-настоящему хотят люди, только в 1985 году, лишь зафейлив кампанию New Coke и с позором продув Pepsi.

Кроме того, авторы по-разному реагировали и до сих пор реагируют на фанфики по своим произведениям. Например, Джоан Роулинг назвали «великодушной крёстной матерью фанфикшна нулевых» благодаря статье BBC, в которой она благословила своих фанатов развивать историю Гарри Поттера так, как лежит душа. Одному из фанатов, Норману Липперту, благодати Роулинг отсыпали щедрой ложкой: когда его фанатский приквел о Джеймсе, отце Гарри, был ошибочно принят за официальный, «разоблачен» и обруган в интернете, Роулинг поспешила уладить конфликт и отозвалась о работе Липперта «сердечно» и «воодушевляющее».

Автор «Сумерек» Стефани Майер также благосклонна к фанфикам, а вместе с ней ещё и Нил Гейман, Стивен Кинг, продюсер «Сверхъественного» Сэра Гэмбл и вдохновитель «Мстителей» Джосс Уидон. Последний и вовсе назвал фанфикшн мерилом своего творчества: «Я сам именно такой фанат. Я специально создаю шоу, которые могли бы заставить меня делать всё это».

Ненавистников фанфикшна среди популярных авторов тоже хватает. Например, Энн Райс и Дж. Р. Р. Мартин говорят что-то вроде: «Делайте с моими персонажами, что хотите, пока это не попадается мне на глаза». Автор «Игры Эндера» Орсон Скотт Кард и вовсе пообещал засудить каждого, кто попробует опубликовать своё фанатское произведение в интернете, однако спустя годы смягчился, и в 2012 году объявил конкурс фанфиков (а ещё, по слухам, сам когда-то писал фанфики по произведениям Азимова).

Как показывает практика, фанфикшн существует «для души» и денег не приносит, если вы, конечно, не Э. Л. Джеймс или ещё кто-то из пары-тройки удачливых писательниц (или не судитесь с ними, как, например, произошло в 2018 году). Даже если отвлечься от финансового вопроса, дело это неблагодарное. Фанфикшн в фанатском мире оказался тем самым забитым ребенком, который обедает возле мусорки, в отличие, например, от яркого и красивого косплея: многие считают его низкопробным развлечением для тех, кто не смог себя выразить в более «модном» фанатстве или «полноценной литературе». Почему?

Во-первых, у фанфикшна минимальный порог вхождения. Знать буквы, иметь текстовый редактор и уметь включать интернет — вот и все технические требования. Во-вторых, фанфикшн — это хобби. А значит и уровня от него ждут любительского. Поэтому писать — ещё куда ни шло, а вот читать, по слухам, совсем зашквар. И, в-третьих, фанфикшн доверху напичкан терминами и жаргонизмами, которые приходится учить в дополнение к матчасти, и вот этот пункт обычно добивает.

Поэтому прежде, чем рассказать, почему фанфикшн — это классно, я проведу небольшой ликбез по основным понятиям.

Фэндом — это общность вымышленной вселенной и фанатской среды. Например, мир Гарри Поттера, созданный Роулинг — это вымышленная вселенная, матчасть. Но как только рядом с ней появляются люди в полосатых шарфах, кричащие «Снейп уполз» (растиражированная в мемах фанатская реакция на смерть персонажа) — появляется фэндом. Внутри фэндома люди могут спорить, строить альтернативные теории, объединяться во враждующие лагеря, в том числе и против автора, и создавать собственные артефакты, понятные лишь им.

Часть фэндома, созданная автором, называется каноном. Все, что придумано самими фанатами, — это фанон. Причём он не универсален, а варьируется в представлении каждого отдельного фаната.

Фанфики бывают двух направленностей: джен (Gen, от General Audiences — обозначение из Системы рейтингов Американской Киноассоциации, обозначающее фильмы без ограничений по возрасту зрителя), где сексуальные отношения между героями упоминаются вскользь или не описываются вовсе, и все остальные, где им уделяется значительное место в повествовании. Последние, в свою очередь, делятся на три категории: гет (Het, от Heterosexual), где описываются отношения мужчин и женщин; слэш (от названия символа /, которым разделяются имена участвующих персонажей в описании фанфика) — об отношениях только мужчин; и фемслэш (слэш с приставкой fem, от Female — женский) — об отношениях только женщин. Два (реже — более) персонажа, состоящие в романтических и/или сексуальных отношениях, называются пейрингом.

Для сравнения, на Ao3, одном из двух самых популярных сайтов-сообществ фанфикшна, примерно 18% фанфиков имеют направленность джен, 24% — гет, 48% — слэш, 8% — фемслэш, и ещё 2% ушло на «другое», когда пейринг не ясен или пол персонажей не укладывается в парадигму м/ж. Отвечать на вопрос «Почему так?» я не буду: научные работы на эту тему пишут столько, сколько я на свете живу, и люди до сих пор не пришли к однозначному выводу. Просто смиритесь: слэш — самая популярная категория фанфикшна. Вспоминая известную красную футболку: Get over it.

Слов, обозначающих жанры и особенности фанфикшна, больше, чем персонажей в «Игре престолов», и, в отличие от последних, они абсолютно не убиваемы. Но, если опустить эти терминологические нюансы (или выучить — запоминаются они до абсурдного легко), фанфикшн — это самый демократичный вид творчества, потому что его не ограничивает буквально (подчеркните это слово дважды, нет, трижды!) ничего. Он технически прост, изначально не рассчитан на коммерческий успех и не интересен юристам. А значит им может заниматься кто угодно и фантазировать о чем угодно.

Американский культуролог Генри Дженкинс назвал фанфикшн «способом, которым культура исправляет вред, нанесённый системой, в которой современные мифы принадлежат корпорациям, а не народу». В действительности, один из самых распространённых мотивов написания фанфика — недовольство тем, как законный автор обошёлся с любимым персонажем или пейрингом. Например, после довольно спорной финальной серии «Сверхъестественного» сайт Ао3 просто взорвался от новых фанфиков по Дестиэлю (пейрингу Кастиэль/Дин Винчестер), примерно 320 против обычных 20-25 за сутки. Фанаты были недовольны случившимся и пытались это исправить единственным доступным им способом, написав свою версию.

Ещё один мотив написать фанфик — заполнить информационную пустоту, которую автор оставил, взяв «паузу». Это желание знакомо, например, фанатам сериала «Шерлок», последние серии которого вышли четыре года назад. Или отменить тот новый контент, который без спросу навыпускали наглые продюсеры — боль, которая ещё недавно съедала фанатов оригинальной саги «Звёздных войн».

Но иногда, наоборот, вселенная так хороша, что хочется развить её шире и добавить того, чего в оригинале и в помине нет: например, запустить роботов в «Мерлина», сделать Тони Старка капитаном «Чёрной жемчужины» или хуманизировать маленьких пони. Кстати, «нормализация» фэндома — штука популярная: написать человеком то, что изначально не человек, или перенести персонажей из их магическо-сакрального мира в обычный офис. Высший пилотаж Рунета — взять англоязычный фэндом и адаптировать под нашу действительность (поверьте, выходит классно).

Если у вас сложилось впечатление, что зона фанфикшна — это такие Асфоделевы поля, где бродят неприкаянные фикрайтеры и читатели, периодически по чистой случайности сталкиваясь друг с другом, мне нужно разбавить эту вашу пасторальную картину.

Однако для начала я предложу вам переварить уже прочитанное. В конце концов, не каждый день узнаешь, что выдумывать новую жизнь уже существующим персонажам — никакое это не ноу-хау российских школьниц или американских домохозяек, а вполне себе пласт культуры, в который охотно вгрызаются продюсеры и учёные. А через месяц вы узнаете, кто и как пишет фанфики, где их можно встретить и почему они гораздо ближе, чем кажутся.

Понятно