Альбому Set the World on Fire от Black Veil Brides исполнилось 15 лет. Эта пластинка окончательно закрепила группу в статусе одного из главных коллективов эры Warped Tour. В начале 2010-х казалось, что альтернативная сцена находится на пике: My Chemical Romance собирали стадионы, пока Sleeping With Sirens и десятки других бэндов претендовали на звание нового голоса поколения. Спустя полтора десятилетия от эпохи остались лишь воспоминания и несколько групп, которым удалось пережить смену музыкальных тенденций. Переслушивая Set the World on Fire сегодня, сложно не задаться вопросом: что стало с героями сцены и удалось ли им повзрослеть вместе с аудиторией?
Black Veil Brides: In the end, as you fade into the night
История Black Veil Brides всегда выглядела аномальной. Большинство групп, вызывающих столь сильное раздражение внутри сообщества, обычно быстро исчезают из поля зрения. Однако с Black Veil Brides, как и с Nickelback в своё время, произошло обратное. В начале 2010-х коллектив регулярно становился объектом осуждения, а их клипы собирали тысячи язвительных комментариев. Причин было достаточно: яркий сценический грим, кожаные костюмы в духе Mötley Crüe и Kiss, огромная фан-база девочек-подростков и образ фронтмена Энди Бирсака, который многие металлисты считали слишком глянцевым и откровенно ориентированным на карикатурную Tumblr-эстетику. Но пока критики спорили о внешнем виде музыкантов, аудитория коллектива продолжала расти. Дебютная пластинка We Stitch These Wounds в 2010 году занял 36-е место в Billboard 200, а уже через год Set the World on Fire поднялся до 17-й строчки американского чарта. Для группы, которую значительная часть рок-сообщества считала проходной, это был большой успех.
Set the World on Fire превратил Black Veil Brides из героев MySpace в полноценный бренд. Альбом закрепил главную формулу бэнда: тяжёлые гитарные риффы, цепляющие припевы и тексты о неприятии, одиночестве и внутренней силе, исполненные сигнатурным низким голосом вокалиста. В последующие годы коллектив продолжил развивать эту концепцию. Лонгплей Wretched and Divine: The Story of the Wild Ones сопровождался музыкальным полнометражным фильмом Legion of the Black, наполненным библейскими мотивами (Энди Бирсак, к примеру, сыграл в нём Пророка). Одноимённый альбом Black Veil Brides, вышедший в 2014 году, впервые вывел группу на первое место в американском рок-чарте Billboard.
Параллельно фронтмен начал строить карьеру за пределами коллектива. В 2016 году он запустил сольный проект Andy Black и выпустил альбом The Shadow Side, заметно сместивший звучание в сторону поп-рока и синти-попа по сравнения с творчеством BVB. Позже появились второй сольный альбом The Ghost of Ohio и одноимённая книга, а также заметная роль в фильме «Американский дьявол», который срежиссировал главный исполнительный директор лейбла Sumerian Records, на который подписан коллектив, — Эш Эвилдсен (думайте сами, чья была идея). История о группе, заключившей сделку с дьяволом, собрала на одном экране немало рок-музыкантов: в проекте появились Бен Брюс и Дэнни Уорсноп из Asking Alexandria, а также актёр Патрик Малдун, который занимал место фронтмена The Sleeping Masses. В дальнейшем вселенная ленты расширилась сериалом «Райский город», где Бирсак вновь сыграл рок-звезду Джонни Фауста, а площадку в этот раз с ним разделила Белла Торн. Для музыканта, которого когда-то воспринимали исключительно как фронтмена «той самой клоунской эмо-группы», это стало неожиданным расширением творческой биографии.
Однако самое интересное произошло позже. В отличие от многих коллег по сцене, Black Veil Brides не стали радикально менять звучание в попытке угнаться за трендами. Альбомы The Phantom Tomorrow, Bleeders и Vindicate звучат тяжелее и экспериментальнее ранних работ, но до сих пор строятся вокруг тех же тем, что и 15 лет назад: самоидентификация, борьба с неприятием и поиск собственного места в мире. Похоже, в этом заключается секрет долговечности группы (если не считать внешность фронтмена). Пока одни представители поколения Warped Tour либо растворялись в образах вечных подростков, либо полностью отказались от собственного прошлого, бэнд научился мирно сосуществовать с ним. Сегодня BVB уже не являются объектом массовых насмешек и не воспринимаются как угроза «настоящему металлу». Вместо этого группа постепенно превратилась в ветеранов сцены с удивительно стабильной аудиторией — и это, возможно, самый неожиданный итог для коллектива, который когда-то считался символом всего неправильного в рок-музыке начала 2010-х.
Bring Me the Horizon: Сan you feel my heart?
Если Black Veil Brides выжили благодаря верности собственной формуле, то Bring Me the Horizon сделали ставку на противоположную стратегию. В середине 2000-х британский коллектив казался типичной металкор-группой эпохи MySpace: экстремальный вокал, хаотичные брейкдауны и репутация музыкантов, которых либо обожают, либо ненавидят. Дебютный альбом Count Your Blessings сегодня считается одной из ключевых пластинок раннего дэткора, однако в момент выхода работы группа воспринималась скорее как очередной недолговечный продукт своей эпохи. Даже к 2010 году бэнд оставался относительно нишевым: альбом There Is a Hell, Believe Me I've Seen It. There Is a Heaven, Let's Keep It a Secret добрался лишь до 17 места Billboard 200. Однако уже тогда стало понятно, что музыкантам тесно внутри заданного жанра. Каждый их новый релиз становился менее экстремальным и более амбициозным, постепенно отдаляя группу от её металкор-корней.
Sempiternal кардинально поменял правила игры в пользу «Брингов». Альбом не только стал главным релизом в дискографии коллектива, но и оказал заметное влияние на звучание мейнстримного металкора на годы вперёд — оно стало гораздо мягче. Песни Can You Feel My Heart, Sleepwalking и Shadow Moses со временем превратились в визитные карточки группы. После прихода клавишника и продюсера Джордана Фиша коллектив начал активно использовать электронику, а пластинка That's the Spirit обозначила первый по-настоящему массовый успех: работа дебютировала на втором месте Billboard 200, уступив первенство лишь Dr. Dre с его Compton. Фанаты получили множество культовых треков вроде Drown и Doomed, а также легендарное выступление на музыкальной премии, где фронтмен Оливер Сайкс разнёс столик группы Coldplay (обложка их нового релиза сильно напоминала Sempiternal c кельтским крестом).
Следующий альбом, amo, закрепил переход группы в мейнстрим и принёс коллективу первую в карьере номинацию на премию Grammy за лучший рок-сингл (а после и за сам альбом). В этот период Bring Me the Horizon активно расширяли аудиторию, сотрудничая с артистами из поп-, рэп- и электронной музыки вроде Эда Ширана (внезапный альянс, правда?). Однако у такой трансформации была и обратная сторона. Если в начале карьеры группу критиковали за чрезмерную тяжесть и хаотичность звучания, то к концу 2010-х ситуация кардинально изменилась. После выхода amo группа столкнулась с волной обвинений в слишком явных попытках достигнуть коммерческого звучания. Эксперименты с поп-музыкой, электроникой и альтернативным роком вызвали раздражение у части старой аудитории, которая ещё недавно считала Sempiternal идеальным балансом между доступностью и тяжестью. Особенно показательной стала реакция на треки вроде medicine и mother tongue, которые по своей структуре были ближе к современному поп-року, чем к металкору. В результате Bring Me the Horizon оказались в парадоксальном положении: достигнув небывалых карьерных высот, они одновременно потеряли часть поклонников, которые были с ними со времён дебюта.
История показала, что коллектив сознательно был готов к такому исходу. Уже в серии релизов Post Human музыканты вновь начали интегрировать тяжёлые элементы в своё звучание, но делали это на собственных условиях, не пытаясь вернуть расположение тех, кто однажды решил, что Bring Me The Horizon скатились и опопсели. Эта готовность рисковать аудиторией ради творческого развития как раз и отличает группу от большинства её современников по сцене Warped Tour. Выпущенный в 2024 году Post Human: NeX GEn занял первое место в британском Rock & Metal Albums Chart, подтвердив устойчивый интерес к группе. При этом BMTH давно существуют не только как музыкальный коллектив. Оливер Сайкс превратил основанный ещё в 2005 году бренд одежды Drop Dead в полноценный самостоятельный бизнес. В отличие от многих современников, которые сегодня зарабатывают преимущественно на ностальгии по 2010-м, Bring Me the Horizon продолжают участвовать в формировании современной альтернативной культуры. Это редкий пример группы, которой удалось пережить собственную эпоху и остаться актуальной.
Fall Out Boy: Thanks for the memories…
Среди всех участников поколения Warped Tour именно Fall Out Boy изначально выглядели наиболее готовыми к долгосрочной карьере. К моменту, когда Black Veil Brides и Bring Me the Horizon только начинали собирать собственную аудиторию, коллектив из Чикаго уже был одной из крупнейших рок-групп мира. Альбомы From Under the Cork Tree и Infinity on High превратили Патрика Стампа, Пита Венца, Джо Тромана и Энди Хёрли в суперзвёзд альтернативной сцены, а песни вроде Sugar, We're Goin Down, Thnks fr th Mmrs и Dance, Dance стали определяющими хитами эпохи. Однако уже тогда было заметно, что Fall Out Boy существуют отдельно от своих коллег по сцене. Если большинство фестивальных рок-групп строили карьеру на тяжёлых гитарных риффах и субкультурной идентичности, то FOB с самого начала стремились к попсовой эмоциональности и массовому успеху. В этом смысле бэнд оказался не столько частью индустрии, сколько её ориентиром.
После распада в 2009 году и воссоединения в 2013-м группа оказалась в значительно изменившейся музыкальной индустрии. Альбом Save Rock and Roll дебютировал на первой строчке Billboard 200, а последовавшие American Beauty/American Psycho и MANIA окончательно закрепили за коллективом статус поп-роковых мейнстримных монстров. С коммерческой точки зрения всё складывалось прекрасно: Centuries получила многократный платиновый статус, клипы собирали сотни миллионов просмотров, а сам бэнд оставался постоянным участником крупнейших фестивалей. Однако в этот период Fall Out Boy столкнулись с проблемой, которая редко обсуждается. Пока условные My Chemical Romance превращались в живых легенд через полное отсутствие на сцене, FOB постепенно становились всё более безопасными. Каждая новая пластинка была успешной, но всё реже воспринималась как культурное событие. Группа сохраняла популярность, однако всё чаще опиралась на репутацию собственного имени.
Сейчас же Fall Out Boy находятся в странном положении. С одной стороны, они по-прежнему собирают десятки тысяч человек на концертах, а тур So Much for (Tour) Dust стал одним из самых успешных в их карьере. Альбом So Much (for) Stardust получил лучшие отзывы за многие годы и воспринимался как возвращение к сильным сторонам раннего творчества. С другой — сложно избавиться от ощущения, что коллектив оказался заложником собственного наследия. Они уже слишком значимы для жанра, чтобы исчезнуть, но недостаточно радикальны, чтобы снова определять музыкальную повестку. Для молодых слушателей FOB всё чаще становятся коллективом, который любят их старшие братья и сёстры, а не артистами, способными сформулировать настроение нового поколения. В этом и заключается их своеобразное «оскуфение»: Fall Out Boy остались успешной группой и не потеряли аудиторию, закрепившись в статусе альтернативного музейного экспоната — очень уважаемого, но всё реже необходимого.
Falling in Reverse: So why do good girls like bad guys?
Если большинство ключевых фигур эпохи взрослели вместе со своей аудиторией, то Falling in Reverse выбрали совершенно другой путь. С самого начала существования группа была тесно связана с личностью фронтмена Ронни Радке — музыканта, который к моменту запуска проекта уже успел стать одной из самых скандальных фигур альтернативной сцены. Свой неоднозначный статус он получил благодаря работе в Escape the Fate, проблемам с законом и бесконечным конфликтам внутри индустрии. Дебютный альбом The Drug in Me Is You вышел в момент, когда интерес к Радке часто перевешивал интерес к музыке. Однако группа быстро доказала, что способна существовать не только за счёт громкого имени фронтмена: пластинка добралась до 19-го места Billboard 200, а одноимённый сингл стал одним из главных хитов пост-хардкорной сцены начала десятилетия. Но бэнд не собирался ограничиваться одним жанром. В их музыке соседствовали поп-панк, металкор, хард-рок и элементы хип-хопа — комбинация, которая для начала 2010-х выглядела свежо и необычно.
Настоящий перелом произошёл во второй половине десятилетия. Пока многие коллеги по сцене пытались сохранить остатки популярности, Радке усиленно адаптироваться к новому. Синглы Losing My Life и Popular Monster демонстрировали, что группа окончательно отказалась от традиционной альбомной модели в пользу постоянного потока самостоятельных песен и вирусных инфоповодов. Особенно показательным стал успех Popular Monster: трек получил платиновый статус в США, набрал сотни миллионов прослушиваний на стриминговых сервисах и стал крупнейшим хитом в истории коллектива. В этот же период Радке превратился в одного из самых обсуждаемых персонажей современной рок-сцены. Конфликты с журналистами, музыкантами, блогерами и пользователями социальных сетей стали неотъемлемой частью образа Falling in Reverse. Для одних это выглядело как грамотное использование алгоритмов и экономики внимания, для других — как бесконечная череда провокаций. Отрицать эффективность стратегии сложно, ведь популярность продолжала расти.
В отличие от многих ветеранов сцены, группа не живёт исключительно за счёт ностальгии по прошлому и не пытается убедить аудиторию в собственной незаменимости. Вместо этого бэнд стал одним из самых заметных рок-проектов эпохи социальных сетей, где музыка существует в постоянной связке с личным брендом артиста. Выпущенный в 2024 году альбом Popular Monster стал первым полноформатным релизом коллектива за семь лет и дебютировал в верхней части американских рок-чартов, подтвердив, что интерес к FiR всё ещё существует. При этом остаётся открытым вопрос, насколько этот успех связан непосредственно с музыкой, а насколько — с фигурой самого Радке. Если Bring Me the Horizon смогли перерасти собственную сцену благодаря творческой эволюции, то Falling in Reverse сделали это через медиаприсутствие. И, пожалуй, именно поэтому они выглядят как одно из самых современных и одновременно самых противоречивых наследий эпохи.
Алекс Ким
Sleeping With Sirens: Do it now remember it later
В начале 2010-х Sleeping With Sirens казались одной из самых перспективных групп пост-хардкорной сцены. Во многом это было связано с фигурой Келлина Куинна — фронтмена, чей высокий вокал моментально выделял коллектив среди десятков похожих бэндов. Для одних его голос был главным достоинством группы, а для других — поводом для бесконечных шуток. Не случайно в разгар популярности жанра Куинна регулярно называли «эмо-версией Джастина Бибера»: схожая подростковая аудитория, характерная внешность и способность вызывать одинаково сильное обожание и раздражение. Но за мемами скрывался реальный успех. Альбом Let's Cheers to This стал одним из важнейших релизов пост-хардкора своего времени, а вышедший двумя годами позже Feel оказался на третьем месте Billboard 200 — лучший результат в истории группы. В эпоху Warped Tour Sleeping With Sirens были не просто популярным коллективом, а одной из её главных звёзд.
Однако именно Келлин Куинн впоследствии стал олицетворением проблемы, с которой столкнулась значительная часть подобных коллективов. Если многие коллеги по цеху пытались менять звучание или образ, то Sleeping With Sirens долгое время оставались заложниками эстетики начала 2010-х. Со временем аудитория повзрослела, а сам Куинн всё чаще оказывался объектом обсуждений из-за внешности, которая больше не была настолько притягательной. В социальных сетях регулярно встречались комментарии о том, что фронтмен «слишком постарел для эмо-сцены», а в последние годы отдельные волны хейта вызывали изменения, которые часть поклонников связывала с косметическими процедурами и пластической хирургией. Как и многие артисты поколения Tumblr, Куинн столкнулся с парадоксом: аудитория требовала, чтобы её кумиры взрослели вместе с ней, но одновременно критиковала любые заметные признаки возраста. Для музыканта, чья карьера во многом строилась на образе вечного подростка, это оказалось особенно болезненной ловушкой.
Тем не менее, последние годы показали, что списывать Sleeping With Sirens со счетов пока рано. После нескольких релизов, пытавшихся адаптировать звучание группы к современному альтернативному року, коллектив неожиданно начал возвращаться к корням. Синглы Don't Let the Party Die, Go Go Go и более поздние работы вновь сделали ставку на энергичные гитары, эмоциональные припевы и ту самую смесь пост-хардкора и поп-панка, благодаря которой группа когда-то стала популярной. В отличие от Bring Me the Horizon, постоянно стремящихся вперёд, Sleeping With Sirens сделали ставку на ностальгию — и, судя по реакции аудитории, это решение оказалось оправданным. Сегодня группа уже не определяет развитие сцены и не вызывает такого культурного резонанса, как 15 лет назад. Но, в отличие от многих современников, она смогла сохранить собственную идентичность и преданную аудиторию. Новый альбом выйдет уже через месяц — там можно будет убедиться!
Можно ли не оскуфеть, будучи рок-музыкантом новой волны?
Главный вопрос, который возникает при взгляде на поколение Warped Tour, заключается не в том, кто остался популярен. Гораздо интереснее понять, кто сумел сохранить актуальность. Для рок-групп взросление всегда было связано с риском. Если продолжать делать ту же музыку, тебя обвинят в самоповторах. Если резко измениться — в предательстве собственных корней. За последние 15 лет разные коллективы нашли свои ответы на этот вопрос. Bring Me the Horizon сделали ставку на постоянную трансформацию. Falling in Reverse освоили экономику внимания. Black Veil Brides сохранили свою идентичность и научились жить с ней: их альбом Set the World on Fire сегодня интересен не только как памятник эпохе. Он напоминает о времени, когда Warped Tour казался центром альтернативной музыкальной вселенной, а его герои — будущим рок-музыки. Часть этих прогнозов не сбылась. Но главное, что спустя время некоторые из этих групп всё ещё остаются значимыми, и это уже маленькая победа.
Алекс Ким
